nantik7

Часов в пять вечера отбываем из Суджи на сугубо местном курском автобусе в Сумы. Расстояние – км. 70 – 80, дорога пустая, настраиваемся часа на полтора пути. Не тут-то было! Более полутора часов на таможне – это АААА! Если кто-то думает, что толпы курян стремятся пересечь границу именно в этом месте, то он ошибается (четыре сельских автобуса в день – два «туда» и столько же «обратно» и несколько легковушек); если этот же недоверчивый читатель возомнил себе, что здесь пролегает международный наркотрафик, так он тоже неправ. Две овчарки одна за другой тщательнейшим образом исследуют авоськи пожилых русско-украинцев, два мудака-таможенника каждого пассажира буравят взглядом, а потом на 45 минут закрываются для тщательной проверки документов. Финскую границу пройти раз плюнуть по сравнению с этой, русско-украинской. Усталые и недовольные в полной темноте без всяких гривен в кармане вваливаемся в гостиницу «Украина», что в самом центре города, в пешеходной зоне.

(Фотография сделана ясным утром следующего дня).

На ресепшене молодые девушки и парень в белоснежных блузах-рубашках растягивают улыбки шире человеческих возможностей. «Мы рады приветствовать…» Постепенно в ходе разговора с нами стержень их осанки утрачивает твердость, радость сдувается, но улыбки держатся до последнего. Мы рассказываем о бронировании номера в блоке, за 180 гривен на мою фамилию. Упс. Перекрестные взгляды портье, мышки мониторов… «Да, конечно, одну минуточку. Есть бронь на фамилию Куроед». (Уж как только в жизни моей Курнант не склоняли, но такого ещё не было). «Ну хорошо, пусть буду Куроед, нам бы поспать». «Да, мы рады, рады, ох, как рады… Конечно, завтра поменяете рубли на гривны и рассчитаетесь за три ночи». Открываем дверь ключом и шарахаемся обратно: это номер-люкс. Спускаемся: «Вы ошиблись. - Ах, простите». Другим ключом открываем – номер 1 категории (цена в два раза выше). Бегать вниз надоело, я обращаюсь к дежурной горничной на этаже: «Что делать?» Её выразительный монолог сводится к простой мысли: «А вам-то что? Пусть у них головы болят». Вскоре мы поняли, в чем дело и сразу влюбились в администраторов гостиницы «Украина». Отель переполнен, наши дешевые номера заняты из-за ошибки диспетчера. Вместо того чтоб по старой российской традиции послать нас «поговорить с тем, кто вам что-то обещал», они вполне в европейском духе посчитали всё произошедшее ошибкой фирмы, за которую клиент, пусть даже такой убогой, как мы, расплачиваться не должен. Нам просто дали свободный, пусть и дорогой номер. Признаться, в таких апартаментах я ещё никогда не живала…

(Это вид от стен отеля)

Как я люблю Украину! Каждый раз, попадая туда, внутри у меня что-то отпускает, все крючки распрямляются, шипы лопаются как мыльные пузыри, наступает душевная разлюли-малина.

Ходим по улицам, радуемся вдруг накатившему солнцу, готовим свои организмы к всегдашней украинской операции под кодовым названием «Большая жратва». Дешевая вкусная еда и местные вина (любимый сухой херес) наполняет мою плоть «под завязку», а я всё не могу успокоиться. Ботулизм к алкоголизму.

Сумы – очень красивый город, кстати, если кто не понял.

Ещё Сумы смело можно назвать городом русской боевой славы (или русско-украинской, все равно). В середине 17 века Сумы стали центром Слободского казацкого полка, который защищал южные границы России от нападений крымских татар. Здесь Пётр осудил Мазепу, здесь квартировали знаменитые полки, в том числе ахтырский. Что-то некрасовское чудится в словах крупнейшего сумского мецената и «сахарного короля» Харитоненко «Прошу... любить Сумы так, как люблю я...».

Удивительной красоты Воскресенская церковь долго держит внимание, не отпускает. Необарочная колокольня чуть менее радует, а сам собор, по-моему, великолепен. Особую пикантность придает ему легенда о замурованной в стене собора атаманше разбойничьей шайки – сестре устроителя храма полковника Кондратьева.

Спасо-Преображенский собор в барочно-ренессансно-классических формах очень красив, чудно-светел.

Я, грешным делом, очень люблю неорусский стиль начала 20 века. В Сумах есть бесценный подарок для таких, как мы - .Пантелеймоновская церковь в составе одноименного монастыря, построенная в 1911 году по проекту А. В. Щусева. Удачная, на мой взгляд, реплика псковско-новгородских церквей, но читать эту цитату довольно затруднительно ввиду захламления задворков и отсутствию доступного простому путнику места обзора.

По прекрасной Троицкой улице

мимо Александровской гимназии,

где учился Давид Бурлюк (в который раз удивляюсь тому, как в столь милых провинциальных городах

взращивается заковыристое модернистское сознание), идем к Свято-Троицкому собору.

Он грандиозен, размерами не уступает, по-моему, нашему Измайловскому (Троицкому), хоть и сравнивают его чаще с Исаакиевским.

Готовясь к поездке, я вышла на форумы сумчан и прифигела от темы, которую они обсуждают с 2007 года и по сей день – педофилия действующего настоятеля Свято-Троицкого храма о. Трифилия. Нетрадиционная сексуальная ориентация не вызывает сомнений ни у кого, но там рассказывается о неоднократных случаях растления малолетних, с некоторыми даже удалось дойти до суда. Все дела были закрыты (по уверениям сумчан, из-за разного рода связей отца-настоятеля с милицией), многократные жалобы епископу о. Евлогию остались без ответа. Разные люди утверждают, что виновато бесспорное влияние Трифиллия на свою паству и значительные связи в Киевском патриархате. Он будто бы угрожает созданием своей конфессии, то есть расколом и выходом всей своей храмовой братии из лона Православной церкви, прихватив ещё кого-то в Киеве. У меня, признаться, выпал глаз, пока я всё это читала.

Безусловно, Советское прошлое не могло не оставить следов своего пребывания в Сумах. Им были порождены несколько бетонных монстров

и памятник Садко, в связи с которым сразу вспоминается рубрика советской передачи «Вокруг смеха» «Что бы это значило».

Что меня всегда поражало на Украине - так это количество парикмахерских-перукарен. Уверена, сам мастер Безенчук позавидовал бы таким масштабам предприятия. Здесь сразу понимаешь, что голова дана человеку не только для содержания мыслей, но, прежде всего, для красоты. Стоит добавить, что стрижка на наши деньги стоит 70 рублей, а когда мы около шести часов вечера зашли в одну перукарню на тихой улочке, мастер с видимым сожалением изрекла: "К сожалению, мы закрываемся, но там по коридору ещё две".

Ещё одна безусловная достопримечательность Сум – рынок. Город расположен на перекрестке торговых путей, и торговля здесь ведется более чем оживленная. Думаю. Центральный рынок Сум мог бы поспорить с «чревом Парижа». Если бы я была птицей, то взору моему открылась бы следующая картина: многочисленный человеческий улей образует круг, в центре которого матка-дрозофила или бетонный круглое здание, уходящее корнями-лестницами вниз, внутрь, в землю. Попав сквозь людские потоки в центр бетонного круга, мы стали наматывать круги по его периметру, пока воронка не засосала нас на дно – в невиданное по масштабам блестящее царство отверток, шлангов, крючков и всякого другого, мыслимого и немыслимого жестяного товара. Мы едва преодолели искушение бросить все и бежать отсюда без оглядки к чертовой матери. Взяли себя в руки, вышли и спокойно купили всё, что нужно. Прочь, наваждение.

В Сумах есть места, которые я очень ценю в городах: улицы, по которым можно просто пошататься, походить, поглазеть.

Увлеченные бесцельным шатанием мы, к сожалению, мы так и не доехали до музея Чехова. На следующий день покатили в Ромны.