![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nantik7Бывала я в юности в Псково-Печерском монастыре, но что странно: память, которая обычно очищает реальность от мелких шумов, оставляет то, что действительно важно, пусть даже мелкую деталь, мимолетный образ, превращает любой факт в событие – на этот раз меня обманула. То есть я не запомнила ничего от посещения Псково-Печерского монастыря, осталось только неприятное послевкусие. И вот спустя 25, примерно, лет, недлинная дорога выводит опять нас к небольшому пятачку – здесь топчутся паломники, пытаясь ещё куда-то проникнуть.
Рассматриваем с Тонькой фрески.
Да, в небольшом храме – служба, но дальше?
Неужели это все, что дают посмотреть, неужели мы тогда, много лет назад, не ходили по территории монастыря, ни шагу в сторону? Совсем-совсем не помню. Нет, вроде бы гуляли, но где? Телепаемся с дочкой на крошечной территории, пытаемся узнать, что же «можно», потому что о том, что «нельзя» нас информируют повсеместно.
Несколько монахов-распорядителей отбиваются от назойливых посетителей: «Я каждые две минуты тут слышу, что вы издалека приехали, тут все издалека». «Можно ли пройти на Святую горку? – дочка решается подойти к другому чернецу. – Нет, – взгляд, не допускающий возражений, – туда проходят только группы». Пытаемся присоединиться к группам – не тут-то было. Тот же монах–распорядитель просит старшего встать у входа и следить за тем, чтобы не прошли чужие. «У нас очень строгий устав», - слышу голос одного из послушников, к которому кинулись растерянные прихожане с просьбой пройти в пещеры или на Святую горку. Причем на группы, напоминаю, он не распространяется. У входа в пещеры стоит накачанный молодой красавец (не монах), в черной футболке, облегающей рельефные мышцы, видимо, он выполняет роль вышибалы, напротив него через какое-то время появляется ещё один вьюнош. Они фланкируют вход, но, когда опасность (то есть простители) миновала, встают рядом.
Честно сказать, мне расхотелось идти куда бы то ни было, я уже повернула было обратно, но тут монах-распорядитель смилостивился и собрал с десяток наиболее настойчивых прихожан-одиночек, приставил к ним молодого человека-экскурсовода и велел быстренько провести по ближнему кругу пещерного «лабиринта». Можно считать, что Тоньке повезло.
Дочка вышла минут через десять (у меня, к сожалению, клаустрофобия), и мы поскакали домой отдыхать и смотреть Псков. Больше в Печоры я не поеду, и не просите.
Рассматриваем с Тонькой фрески.
Да, в небольшом храме – служба, но дальше?
Неужели это все, что дают посмотреть, неужели мы тогда, много лет назад, не ходили по территории монастыря, ни шагу в сторону? Совсем-совсем не помню. Нет, вроде бы гуляли, но где? Телепаемся с дочкой на крошечной территории, пытаемся узнать, что же «можно», потому что о том, что «нельзя» нас информируют повсеместно.
Несколько монахов-распорядителей отбиваются от назойливых посетителей: «Я каждые две минуты тут слышу, что вы издалека приехали, тут все издалека». «Можно ли пройти на Святую горку? – дочка решается подойти к другому чернецу. – Нет, – взгляд, не допускающий возражений, – туда проходят только группы». Пытаемся присоединиться к группам – не тут-то было. Тот же монах–распорядитель просит старшего встать у входа и следить за тем, чтобы не прошли чужие. «У нас очень строгий устав», - слышу голос одного из послушников, к которому кинулись растерянные прихожане с просьбой пройти в пещеры или на Святую горку. Причем на группы, напоминаю, он не распространяется. У входа в пещеры стоит накачанный молодой красавец (не монах), в черной футболке, облегающей рельефные мышцы, видимо, он выполняет роль вышибалы, напротив него через какое-то время появляется ещё один вьюнош. Они фланкируют вход, но, когда опасность (то есть простители) миновала, встают рядом.
Честно сказать, мне расхотелось идти куда бы то ни было, я уже повернула было обратно, но тут монах-распорядитель смилостивился и собрал с десяток наиболее настойчивых прихожан-одиночек, приставил к ним молодого человека-экскурсовода и велел быстренько провести по ближнему кругу пещерного «лабиринта». Можно считать, что Тоньке повезло.
Дочка вышла минут через десять (у меня, к сожалению, клаустрофобия), и мы поскакали домой отдыхать и смотреть Псков. Больше в Печоры я не поеду, и не просите.